Начальная школа

Русский язык

Литература

История

Биология

География

Математика

 

1. Определите, какие смысловые отношения связывают между собой две части следующего бессоюзного сложного пред­ложения:

У нас трехкомнатная квартира, с нами живет наша бабушка.

Какими формальными средствами эти отношения выража­ются?

2. В некачественных переводах на русский язык можно встретить иногда такие конструкции:

Стенд собирается, свинчиваясь из прилагаемых деталей.

Поливаясь специальным раствором, стекла очищаются.

Инструкция, переводясь на русский язык, прилагается к ап­парату.

В чем их неправильность? Как исправить эти предложе­ния?

3. Прочитайте следующий отрывок из стихотворения Владимира Высоцкого:

Мы говорим не «штормы», а «шторма» — слова выходят коротки и смачны. «Ветра» — не «ветры» — сводят нас с ума, из палуб выкорчевывая мачты.

Чем различаются по своему содержанию варианты форм множественного числа штормы и шторма, ветры и ветра?

4. Какой частью речи является слово стоит в примерах типа Стоит ему нахмурить брови, как все замолкают?

5. От глагола встать форма повелительного наклонения единственного числа будет встань, а форма прошедшего време­ни мужского рода — встал. Разные грамматические значения выражены здесь разными аффиксами (нулевым окончанием в первом случае и формообразовательным суффиксом и нуле­вым окончанием — во втором). А теперь возьмем другой глагол: лечь. Форма повелительного наклонения от него будет ляг, а форма прошедшего времени — лёг. Чем выражается теперь раз­личие в грамматических значениях?

6. Есть такое шутливое выражение: Не можешь петь — не пей. Каковы его лингвистические основания?

7. Как доказать, что в словосочетаниях складывать листы пополам и складывать листы в ящик стола представлены разные значения глагола складывать?

8. Какой частью речи является словоформа выше в при­мерах Колокольня выше церкви и Колокольня расположена выше церкви?

9. У существительных носок и чулок много общего: они относятся к одной тематической группе (названий одежды), принадлежат к одному типу склонения... Однако форму роди­тельного падежа множественного числа от них мы образуем по- разному. Говорим: нет носков, но нет чулок. Почему?

10. Один и тот же предлог над или разные употреблены в кон­струкциях Петя живет над Васей и Петя смеется над Васей?

11. В Германии встречаются фамилии славянского проис­хождения типа Гладров или Яхнов. А как сказать по-русски в тво­рительном падеже: «Я познакомился с профессором...»?

12. Даны два выражения: заслуженный отдых и заслужен­ный работник. Можно ли считать их в равной мере правильны­ми с точки зрения русского языка?

13. В известном стихотворении Агнии Барто говорится:

Уронили мишку на пол, Оторвали мишке лапу.

Все равно его не брошу, Потому что он хороший.

Какие грамматические особенности этого стихотворения свидетельствуют о том, что ребенок относится к плюшевому мишке как к живому существу?

14. Прочитайте следующий шутливый диалог.

Спорят двое.

Я в молодости поднимал штангу в 300 килограмм.

Не может быть! 300 килограмм и рекордсмен мира не поднимал.

А я поднимал! Правда, не поднял...

На чем основана эта шутка? Какое грамматическое явление лежит в ее основе?

15. Если бы нашим предкам чаще приходилось иметь дело с берегом моря, а не с берегом реки, то, возможно, форма множе­ственного числа слова берег была бы сейчас не берега, а береги (подобно шарик — шарики, ворог — вороги и т.п.). Почему?

16. Что общего между чипсами и клипсами?

17. В стихотворении Зинаиды Гиппиус «Никогда не читай­те... » есть такие строки:

Безмолвие любит Музыка слов.

Шум голоса губит Душу стихов.

Каково синтаксическое строение первого из приведенных здесь предложений? Что за форма — безмолвие, что это за па­деж? На основе чего это удается установить?

18. Можно ли сказать по-русски: На красный свет нельзя перейти улицу?

19. В стихотворении А.С. Пушкина «К Чаадаеву» есть та­кие строки:

Мы ждем с томленьем упованья Минуты вольности святой, Как ждет любовник молодой Минуты верного свиданья.

Что за словоформа минуты (дважды здесь употребленная) — это родительный падеж единственного числа или винительный множественного?

20. Допустим, вы читаете начало предложения: Это вам пригодиться... Поспешите ли вы заметить здесь ошибку или сто­ит дождаться конца фразы?

21. Один из рассказов детского писателя Виктора Голявки- на называется «Все смотрите мой пенал». В чем неправильность этого названия и чем ее можно оправдать?

22. Почему слово объятие в русском языке обычно стоит во множественном числе? Во многих языках — английском, не­мецком и других — ему соответствует обычное существительное в единственном числе...

23. Можно ли по-русски сказать: «с процент»?

24. Как лучше сказать: девочки с цветами на шляпах или девочки в шляпах с цветами?

25. Сравните следующие пары выражений:

холодная зима — зима холодна;

неприятный разговор — разговор неприятен;

новые идеи — идеи новы.

В чем заключается в каждом случае разница между значени­ями первого и второго словосочетания? А как будет выглядеть недостающее звено в следующей паре:

большой интерес — ... ?

26. В чем заключается смысловая разница между выраже­ниями Иван Петрович болеет и Иван Петрович болен?

27. Какого рода существительное галифе?

28. Представьте себе женщину, которую зовут Наталья, или Наталия. Как сказать о ней в дательном падеже: Я позвонил (кому?)...?

29. Сравните следующие два отрывка из стихотворения А.А. Пушкина «Жил на свете рыцарь бедный...»:

...И глубоко впечатленье

В сердце врезалось ему...

и

И впустила в царство вечно Паладина своего.

Какую роль играют здесь слова глубоко и вечно: какие это ча­сти речи и члены предложения?

30. Ниже приводится цитата из повести Б. Акунина «Де­коратор».

— И все же больно уж чудно, — покачал головой генерал Юровский...

Зачем над словом чудно поставлено ударение?

31. Старуха Шапокляк из повести Э. Успенского «Кроко­дил Гена и его друзья» заявляла: «Я собираю злы»; «Я делаю пять зол в день». Конечно, вредный характер исправить трудно. А вот относительно русского языка — что стоит порекомендо­вать отрицательной героине?

32. Просклоняйте слово враки.

33. Какую часть речи представляет собой слово время в следующей цитате из стихотворения А.С. Пушкина «Брожу ли я вдоль улиц шумных...»?

Тебе я место уступаю:

Мне время тлеть, тебе цвести.

34. В рассказе Л.Н. Толстого «Смерть Ивана Ильича» говорится: «В эту самую ночь с Иваном Ильичом свершилась новая перемена к худшему». А в очерке М. Горького «В.И. Ле­нин» читаем: «Я приехал поговорить с Владимиром Ильичём об организации нового издательства». Так как же все-таки будет форма творительного падежа от отчества Ильич: Ильичом или Ильичём?

35. В стихотворении М.В. Панова, посвященном великому лингвисту И.А. Бодуэну де Куртенэ, говорится:

В сказке все бывает, и в языке.

Две единицы, совсем разные, как веник и человек, могут быть — одно.

Покажите, что веник и человек в языке могут быть «одним».

36. В известной песне Сергея и Татьяны Никитиных (текст А. Величанского) поется:

Под музыку Вивальди, Вивальди, Вивальди,

под музыку Вивальди, под славный клавесин,

под скрипок переливы, под завыванье вьюги условимся друг друга любить что было сил.

Какая грамматическая неправильность допущена в этих строках?

37. В романе Евгения Замятина «Мы» приводится такой стишок:

Злой мальчик розу хвать рукой. Но шип стальной кольнул иглой, шалун — ой-ой, бежит домой...

Как следует понимать употребленное здесь выражение Шип кольнул иглой? Какую синтаксическую роль играет в предложе­нии словоформа иглой?

38. Сравните два предложения — повествовательное и во­просительное:

Вдруг пошел дождь.

Вдруг пойдет дождь?

Опишите различия в значении слов вдруг в первом и во вто­ром случае. Какую грамматическую роль играют эти слова в структуре предложения?

39. В книге В.В. Катаняна «Лиля Брик. Жизнь» о поэте Владимире Маяковском говорится так: ...Он откинулся на спин­ку кресла, вытянул ноги из-под стола и любезно осведомился — чем он обязан посещением?

В чем тут неправильность?

40. Прочитайте следующий отрывок из рассказа Н. Носова «Фантазеры»:

А я один раз купался в море, — говорит Мишутка, — и на меня на­пала акула. Я ее бац кулаком, а она меня цап за голову — и откусила.

Что за части речи — бац и цап?

41. Сравните две стихотворные цитаты; обратите внима­ние на выделенные части:

Хоть тяжело подчас в ней бремя,

Телега на ходу легка;

Ямщик лихой, седое время,

Везет, не слезет с облучка.

(А.С. Пушкин. Телега жизни)

Инстинкт прирожденный, старик-подхалим,

Был невыносим мне. Он крался бок о бок

И думал: «Ребячья зазноба. За ним,

К несчастью, придется присматривать в оба».

(Б. Пастернак. Марбург)

Одинаково ли синтаксическое и смысловое строение выде­ленных частей?

42. Прочитайте следующий отрывок из романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита»:

...Аннушка, наша Аннушка! С Садовой! Это ее работа! Взяла она в бакалее подсолнечного масла, да литровку-то о вертушку и раз­бей!

Как вы понимаете употребленную здесь словоформу разбей? Какое у нее временное значение? Согласуется ли она с подлежа­щим?

43. От притяжательных местоимений мой, твой легко об­разовать наречия образа действия: по-моему, по-твоему (кото­рые могут выступать и как вводные слова). А как образовать наречие от притяжательных местоимений 3-го лица его и её также их)?

44. В чем разница в значениях словоформ глянь и глядь?

45. (Задача-шутка) Что общего, с точки зрения языка, меж­ду родителями и тапочками?

46. В одной из своих песен Владимир Высоцкий поет:

Целуя знамя в пропыленный шелк

И выплюнув в отчаяньи протезы,

Фельдмаршал звал: «Вперед, мой славный полк!

Презрейте смерть, мои головорезы!»

Что за форма презрейте, от какого глагола она образована?

47. Полицейский надзиратель Очумелов в рассказе А.П. Че­хова «Хамелеон», видя беспорядок на улице, вмешивается: — По какому это случаю тут? Почему тут? Это ты зачем палец?

Почему речь полицейского выглядит бессвязной?

48. У А.И. Гончарова в романе «Фрегат "Паллада"» читаем: «В домах жалюзи наглухо опущены от жара... » А в другом месте того же романа: «В глазах мелькнет вывеска лавки, отворенное жалюзи и заспанное лицо старого испанца». Так все-таки жалю­зи — «они» или «оно»?

49. Что изменится от того, напишем ли мы раздельно на завтра или слитно назавтра?

50. В «Сказке о царе Салтане» А.С. Пушкина говорится:

Вот на берег вышли гости;

Царь Салтан зовет их в гости...

Дважды употребленное здесь гости — это одно и то же слово или нет?

 

ОТВЕТЫ

1. Части сложного предложения У нас трехкомнатная квартира, с нами живет наша бабушка связаны между собой причинно-следственными отношениями. Причем содержание второго простого предложения можно истолковать как причи­ну, а именно: 'у нас трехкомнатная квартира, потому что с нами живет наша бабушка', а можно — как следствие: 'у нас трехком­натная квартира, поэтому с нами живет наша бабушка'. Эти от­ношения в бессоюзном сложном предложении следовало бы на письме выразить более точно, при помощи разных знаков препи­нания: двоеточия в первом случае и тире — во втором. В устной же речи эти разные смысловые варианты выражаются разными интонационными рисунками.

2. Обычно говорят: деепричастие должно иметь тот же субъект, что и форма глагольного сказуемого, и приводят в качестве классической ошибки цитату Подъезжая к станции, у меня слетела шляпа. Приведенные в задаче примеры позво­ляют сформулировать другое правило: деепричастие требует активного субъекта, оно несовместимо со страдательным за­логом. Исправить же приведенные предложения можно при­мерно так:

Стенд собирается (или: свинчивается) из прилагаемых де­талей.

Под воздействием (или: с помощью) специального раствора стекла очищаются.

Инструкция в переводе на русский язык прилагается к аппа­рату.

3. Варианты форм множественного числа существитель­ных типа штормы / шторма, ветры / ветра различаются более всего стилистически. Варианты с окончанием -и (-ы) предписы­ваются нормой литературного языка; варианты с окончанием — относительно более новые, они свойственны разговорной речи и обладают соответствующей экспрессией.

4. Слово стоит в данном контексте не связано с семанти­кой глагола стоить, оно имеет здесь значение 'как только' (ср.: Как только он нахмурит брови, все замолкают). Как только это служебное слово, союз. Но считать стоит в данном употре­блении союзом не позволяет то, что оно имеет две временные формы: настоящего и прошедшего времени (ср.: Стоило ему на­хмурить брови...). Поэтому стоит в указанном случае — это гла­гол в особом (служебном) употреблении.

5. В словоформах ляг и лёг, образованных от глагола лечь, разные грамматические значения — повелительного наклонения и прошедшего времени — передаются при помощи чередования гласных фонем <а> и <о> в корне слова. Такие случаи в лингви­стике называются внутренней флексией.

6. На первый взгляд, словоформы петь и пей кажутся представителями одного слова: столь они подобны. На этом и основана шутка Не можешь петь — не пей. На самом же деле петь и пей представляют разные слова, с разным значением — глаголы петь и пить. При образовании форм повелительного наклонения у них в корне происходит чередование гласных: петь — пой, пить — пей.

7. Доказать, что в примерах складывать листы пополам и складывать листы в ящик стола представлены разные значения глагола складывать, можно несколькими способами. В частно­сти, складывать можно заменить в этих контекстах разными си­нонимами: в первом случае — сгибать, во втором — укладывать, помещать. Другим доказательством семантического различия служит то, что «партнеров» глагола складывать в данных кон­текстах нельзя объединить, совместить: нельзя сказать «склады­вать листы пополам в ящик стола».

8. В обоих примерах — Колокольня выше церкви и Коло­кольня расположена выше церкви — элемент выше представляет собой неизменяемую словоформу со значением сравнительной степени. Но для того чтобы решить, к какой части речи она при­надлежит, следует, во-первых, определить, с какой исходной формой она соотносится, а во-вторых, обратить внимание на ее синтаксическую функцию в высказывании.

В первом примере словоформа выше играет роль имен­ной части составного сказуемого; исходной для нее является положительная степень прилагательного высокий (ср.: Коло­кольня — высокая; Колокольня более высокая, чем церковь). Во втором примере выше — обстоятельство, и соотносится эта словоформа с наречием высоко (ср.: Колокольня расположена высоко; Колокольня расположена более высоко, чем церковь). Таким образом, в первом примере выше — прилагательное, во втором — наречие.

9. Действительно, нормы русского литературного языка предписывают по-разному образовывать формы родительного падежа множественного числа от слов носок и чулок. В первом случае используется окончание -ов (носков), а во втором — ну­левое окончание (чулок). Первый случай соответствует общему правилу, а во втором проявляется своеобразная прихоть языко­вой нормы (поэтому в просторечии нередко можно услышать «чулков»; но данная форма признается ошибочной).

10. В конструкциях Петя живет над Васей и Петя смеется над Васей употреблен один и тот же предлог над, но в разных значениях. В первом случае он, в сочетании с формой творитель­ного падежа, указывает на характер размещения двух предметов в пространстве (относительно друг друга): один из них находит­ся выше другого. Во втором случае предлог над не имеет тако­го самостоятельного значения, а лишь помогает реализоваться управлению («объектной валентности») глагола смеяться. (На­помним, что форма творительного падежа существительного в сочетании с предлогом над характерна для синтаксического окружения и других глаголов — шефствовать, работать, раз­мышлять, сжалиться и др.)

11. В немецких фамилиях вроде Гладров или Яхнов исто­рически выделяется суффикс -ов славянского происхождения (тот же, что и в русских фамилиях типа Иванов). Но сегодня этот суффикс уже не осознается как таковой, он слился с кор­нем, вошел в его состав. Поэтому неправильно было бы сказать «Я познакомился с профессором Гладровым» (как с Ивановым); правильно — с профессором Гладровом (как с островом или с но­ровом).

12. Оба выражения — заслуженный отдых и заслуженный работник — включают в себя причастие заслуженный, которое постепенно адъективизируется, т.е. превращается в прилагатель­ное. В частности, оно утрачивает значение залога — глагольной категории, которая свойственна и причастию. И все же по своему происхождению заслуженный — причастие страдательного зало­га: это значит, что глагольное действие должно быть направлено на подлежащее. Например, заслуженный отдых — это «отдых, который кто-то заслужил». Здесь отношения страдательного за­лога передаются верно. Но заслуженный работник — это не «ра­ботник, которого кто-то заслужил», а «работник, который (сам) что-то заслужил». Здесь изначальное значение страдательного залога у причастия нарушено.

13. Ребенку действительно свойственно отношение к игрушкам как к живым существам. В данном случае (Оторва­ли мишке лапу) такое отношение проявляется и в грамматиче­ской форме мишке. Если действие оторвать (как и некоторых других глаголов со значением «порчи») направлено на неживой предмет, то название последнего будет стоять в форме родитель­ного падежа с предлогами у или от: оторвать у газеты уголок, оторвать у рубашки (или от рубашки) рукав и т.п. Форма же дательного падежа употребляется в данной ситуации только в том случае, если «страдает» живое существо, ср.: оторвать мухе лапку.

14. В основе данной шутки лежит многозначность глаголь­ных форм несовершенного вида. Два самых частых и общих зна­чения несовершенного вида — это незавершенность действия (неограниченность его во времени) и многократность действия (его повторяемость). Один участник диалога использует форму поднимал в первом значении (Я поднимал штангу, т.е. 'пытался ее поднять, но неизвестно, чем это кончилось'). А другой пони­мает ее во втором значении (поднимал штангу, т.е. 'неоднократ­но отрывал ее от пола'). На столкновении данных значений и основан диалог.

15. В истории русского языка наряду с единственным и множественным числом существовало особое двойствен­ное число. Слово берег входило в группу существительных, которые обозначали парные предметы и для которых поэто­му форма двойственного числа была более естественна, чем форма множественного. Это слова глаз, рог, бок, рукав и др. Именно форма двойственного числа (глаза, рога, бока, рукава, берега) и закрепилась у них затем в качестве множественного. Если бы для русскоязычного сознания берега существовали не парами, как у рек, а «поодиночке» (а берег моря мыслится в отвлечении от противоположного берега), то, вполне воз­можно, слово берег и имело бы сегодня форму множественно­го числа береги.

16. Между чипсами и клипсами как предметами ничего общего нет. Чипсы — ломтики картофеля, зажаренные в масле, клипсы — серьги, прикрепляемые к ушам зажимами.

Но между чипсами и клипсами как названиями предметов много общего: и то и другое слово пришло к нам из английско­го языка. И то и другое слово в английском представляло со­бой форму множественного числа, образованную с помощью окончания -s от соответствующего существительного (chip 'тонкий кусочек, ломтик'; clip — 'зажим'). В русском же языке это финальное [с] было воспринято как часть корня, и к нему присоединилось свое окончание со значением множественного числа: чипс-ы, клипс-ы.

17. Читающий приведенные строки З. Гиппиус сначала воспринимает словоформу безмолвие как именительный падеж и, соответственно, как подлежащее. И это подтвердилось бы, если бы далее в предложении встретилась форма винительного падежа, например: музыку (слов). Дело в том, что глагол любить требует двух участников ситуации: «кто / что любит» и «кого / что любит».

Но далее в предложении употреблена словоформа музыка это однозначно именительный падеж. А поскольку читатель уверен, что перед ним — правильное высказывание на русском языке, то он вынужден вернуться к началу фразы и переосмыс­лить безмолвие как форму винительного падежа. Получается, что в предложении использован обратный порядок слов: кого / что? — безмолвие — любит кто / что? — музыка.

18. Сказать по-русски На красный свет нельзя перейти улицу можно только с натяжкой, при особых обстоятельствах, а именно — если имеется в виду невозможность сделать это, при­чем в конкретной, данной ситуации: Сейчас, на красный свет, нельзя (невозможно) перейти улицу. Если же имеется в виду вневременная рекомендация, а точнее запрет, имеющий силу за­кона, то надо употребить форму несовершенного вида: На крас­ный свет нельзя переходить улицу.

19. В принципе словоформа минуты в приведенном от­рывке из стихотворения «К Чаадаеву» может быть понята и как родительный падеж единственного числа, и как винительный падеж множественного. Однако первый вариант предпочтитель­нее.

Дело в том, что глагол ждать чаще требует зависимого ро­дительного падежа, чем винительного. Так, по данным «Словаря языка Пушкина», в произведениях великого поэта ждать упо­треблено 319 раз, и в абсолютном большинстве случаев — с за­висимым родительным падежом (это легко установить по тем формам, которые не совпадают с винительным множественного числа, например: ждать девы, ответа, удара, содействия, шума и т.д.). Кроме того, по данным лингвостатистики, единственное число вообще употребляется в русских текстах чаще, чем мно­жественное, а родительный падеж — чаще, чем винительный. По данным того же словаря, словоформа минуты РП ед.ч. за­фиксирована у Пушкина 24 раза, а минуты ВП мн.ч. — только 8. Так что наш выбор опять склоняется в пользу родительного падежа.

Но главное — следует признать, что эти разночтения не влия­ют на общий смысл приведенной цитаты.

20. Не нужно торопиться с «отрицательными» выводами. Выражение Это вам пригодиться... допускает такое, в частности, продолжение: ...может в будущем, когда вы начнете работать. Здесь может пригодиться — составное глагольное сказуемое (включающее в себя неопределенную форму глагола); при этом в предложении использован обратный порядок слов, что вполне допустимо в разговорной речи.

21. Глагол смотреть в русском языке требует при себе в ка­честве зависимой формы или беспредложного винительного па­дежа (смотреть фильм, футбол, парад, выставку), или винитель­ного падежа с предлогами в, на, сквозь и др. (смотреть в окно, на цветы, сквозь пальцы). С этими различиями в управлении связа­ны некоторые смысловые оттенки. В данном случае следовало бы сказать: «Все смотрите на мой пенал!» или «Все смотрите: какой у меня пенал!» Приведенное в задаче заглавие «Все смотрите мой пенал» оправдано тем, что оно отражает черты спонтанной (т.е. естественной, неподготовленной) детской речи.

22. Действительно, слово объятие очень редко встречается в единственном числе (например, у Б. Пастернака: «Когда ты па­даешь в объятье в халате с шелковою кистью...»); обычно же оно стоит во множественном.

Почему для него привычна форма множественного числа, объяснить непросто. Скорее всего потому, что в объятиях уча­ствует пара рук, или даже две пары рук (т.е. два человека). Вооб­ще же язык весьма непоследователен в своем выделении суще­ствительных, «застывающих» в форме множественного числа. Ссылка на «расчлененность» или «множественность» предмета здесь не всегда помогает. Сравним, например, гусли и домру, духи и одеколон, сливки и сметану, помои и мусор — сами явле­ния сходны, но везде первое существительное застыло во мно­жественном числе, а второе имеет единственное.

23. Предлог с обычно требует после себя зависимого суще­ствительного в творительном или в родительном падеже: с прия­телем, с усилием, с лихвой; с улицы, с понедельника, с рук и т.п. Но иногда существительное обозначает приблизительную меру — и тогда предлог с управляет винительным падежом: погостить с неделю, пройти с километр, величиной с гору и т.п.

Значит, можно сказать и с процент. В частности, мы находим такое словоупотребление в повести М. Горбунова «Предсказа­ние апреля»:

Ну что там? — спросил Курчатов. — С процент, наверное?

Да, один процент.

24. По-русски можно сказать и девочки с цветами на шля­пах, и девочки в шляпах с цветами—это заметил писатель Ю. Оле- ша. Но первый вариант более однозначный: какие девочки? — с цветами на шляпах, в то время как второй допускает два толко­вания, а именно: 'девочки, у которых на шляпах были цветы', и 'девочки в шляпах, у которых в руках были цветы'.

25. Во всех приведенных парах первое выражение (холод­ная зима, неприятный разговор, новые идеи) — атрибутивное словосочетание. Это значит, что полные формы прилагательных холодная, неприятный, новая играют роль определений. Второй же член приведенных пар (зима холодна, разговор неприятен, идеи новы) — предикативное словосочетание (оно самодоста­точно для образования предложения). И краткие формы при­лагательных холодна, неприятна, новы выступают в функции сказуемых.

Перестроить атрибутивное словосочетание большой интерес в предикативное можно только с заменой прилагательного, а именно: интерес велик. Это своего рода исключение из правила. В лингвистике использование нового слова для выражения ре­гулярного грамматического значения называется супплетивиз­мом; вот прилагательное большой и имеет супплетивную крат­кую форму велик.

26. В предложении Иван Петрович болеет представлена процессуальная, временная характеристика субъекта. А в Иван Петрович болен то же состояние нездоровья предстает как ха­рактеристика статическая, постоянная. И если болезнь серьез­ная, трудноизлечимая, мы, скорее, скажем именно Иван Петро­вич болен.

27. Существительное галифе — или никакого рода, или среднего.

Дело в том, что это название брюк особого покроя пришло к нам из французского языка (оно восходит к фамилии кава­лерийского генерала Галифе). В русском оно сразу же встало в один ряд с прочими названиями одежды, надеваемой на ниж­нюю часть тела (портки, брюки, штаны, лосины и т.п.). А все эти слова — pluralia tantum, т.е. «только множественные», имеют одно лишь множественное число. Поскольку же в русском язы­ке грамматический род у существительных представлен только в единственном числе, то ни брюки, ни галифе рода не имеют.

Но есть и второй ответ на заданный вопрос. Поскольку сло­во галифе своей формой напоминает существительные среднего рода (кафе, декольте, шоссе и т.п.), то оно стремится «подпасть» под эту категорию, встать и в этот ряд слов. И потому в речи можно встретить сочетания вроде «моё галифе». Данный вари­ант считается менее правильным, чем мои галифе, однако слова­ри приводят его в качестве допустимого.

28. Наталья и Наталия — варианты одного имени, но склоняются они по разным образцам: первое подчиняется об­щим законам 1-го склонения (изменяется как рука, земля, ста­тья...), а второе входит в особый подвид существительных на -щ- (изменяется как армия, симпатия, талия...). Соответствен­но, в дательном падеже первое имя будет иметь форму Наталье, а второе Наталии. Аналогично — Марье, но Марии, Настасье, но Анастасии и т.п. За этими формальными различиями стоят и стилистические оттенки.

29. Словоформы глубоко и вечно, в принципе, могут пред­ставлять две части речи: краткую (или усеченную) форму при­лагательного и наречие. При этом первая в предложении высту­пает обычно в роли сказуемого, но исторически ей была также присуща функция определения. А вторая, т.е. наречие, в предло­жении обычно бывает обстоятельством, зависящим от глагола.

В приведенных цитатах из стихотворения А.С. Пушкина тео­ретически возможны все указанные варианты, а именно: глубо­ко — это: а) наречие, выступающее в функции обстоятельства, б) прилагательное в краткой (усеченной) форме, играющее роль определения; вечно: а) наречие, выступающее в роли обстоятель­ства, б) прилагательное в краткой (усеченной) форме, являю­щееся определением. Но на практике мы, по-видимому, выберем трактовку глубоко как наречия и обстоятельства, а вечно — как прилагательного и определения. Основанием для такого реше­ния будет служить следующее. Сочетание глубоко врезаться мы предпочтем варианту глубоко впечатление именно потому, что в современном языке функция определения для кратких форм прилагательных нетипична. А вот царство вечно(е) — устойчи­вое словосочетание, и его выделение явно выигрывает перед аль­тернативным вариантом впустила вечно (вот если бы навечно другое дело!).

30. Ударение над словом чудно поставлено затем, чтобы от­личить его от слова чудно (с ударением на первом слоге). Оба эти слова могут выполнять в предложении функцию сказуемо­го, но с разными значениями. Чудно значит 'странно', а чудно 'замечательно, прекрасно'.

31. Существительные с абстрактным (отвлеченным) зна­чением не имеют множественного числа. И слово зло подчиня­ется этому общему правилу. Если же оно употребляется в кон­кретном значении, то от него допустимо образование формы множественного числа, но только в родительном падеже: зол (что мы наблюдаем во фразеологическом сочетании выбирать из двух зол меньшее). В таком случае форма именительного или винительного падежа множественного числа должна была бы быть зла (как седла от седло, скла от устаревшего скло 'стекло' и т.п.), но она не употребляется. Да и Шапокляк не может сказать «Я собираю зла» — ее бы не так поняли. Поэтому она вынуждена говорить неправильно: «злы». А вообще-то, если иметь в виду конкретные плохие поступки, по-русски лучше сказать: Я соби­раю злые дела, а также: Я делаю по пять злых дел в день...

32. Слово враки относится в русском языке к группе су­ществительных, которые в лингвистике называют латинским термином pluralia tantum ('только множественные'): оно не име­ет единственного числа. А по падежам оно склоняется так: ИП враки, РП врак, ДП вракам, ВП враки, ТП враками, ПП враках. Если какие-то из этих форм кажутся нам непривычными, надо поставить их в соответствующий контекст, например: Я не верю этим вракам. А вообще слово враки чаще всего употребляется в качестве самодостаточного (односоставного) предложения, вы­ражающего эмоциональное отношение говорящего к недосто­верной информации: Враки!

33. Слово время в русском языке — имя существительное. Но иногда оно выступает в предложении в роли сказуемого, например: Сейчас не время спорить. (Ту же функцию оно вы­полняет и в приведенных строках из стихотворения А.С. Пуш­кина.) При таком употреблении время утрачивает признаки собственно существительного (в частности, лишается множе­ственного числа) и сближается с другими словами, регулярно выполняющими роль сказуемого: пора, лень, охота, грех и т.п. Фактически это — омонимы существительных время, пора, лень и т.д. Вместе со словами, напоминающими по своей внешней форме наречия (поздно, весело, дурно, стыдно, боязно, слабо, надо, невозможно, впору, невмоготу, невдомек и т.п.), они обра­зуют лексико-грамматический класс, который многие ученые считают особой частью речи: категорией состояния (или «пре­дикативом»).

34. Общее правило русской орфографии гласит: в окон­чаниях существительных после шипящих под ударением пишется о: калачом, свечой, шалашом и т.п. Значит, правиль­но — Ильичом. Только для отчества В.И. Ленина делалось ис­ключение: оно писалось в творительном падеже через е. Тем самым как бы подчеркивалась уникальность данного случая. Политика оказалась выше орфографии — ошибка стала кано­ном!

35. И веник, и человек — существительные мужского рода, одного и того же типа склонения, с предметным значением... У них сходная сочетаемость с другими словами, во многом оди­наковое поведение в предложении. Так, можно сказать старый веник и старый человек, Веник стоит в углу и Человек стоит в углу, Мне не нравится этот веник и Мне не нравится этот чело­век... Следовательно, с точки зрения грамматики веник и чело­век — примерно «одно и то же».

36. Устойчивое выражение что есть силы (или сил) изме­няется по временам: в настоящем времени оно выглядит как что есть силы, в прошедшем — что было сил, в будущем — что будет сил. Поскольку в тексте песни выражается призыв к будущему (совместному) действию, то правильней было бы сказать «усло­вимся друг друга любить что будет сил».

37. Форма творительного падежа выполняет в русском языке разные функции. Чаще всего она обозначает инструмент (орудие, средство) действия, и тогда соответствующая слово­форма является в предложении дополнением: писать каранда­шом, владеть языками, убеждать примером и т.п. Но к выраже­нию Шип кольнул иглой такое толкование трудно применимо: для этого пришлось бы признать, что игла — нечто отдельное от шипа или, по крайней мере, его часть.

Среди прочих значений творительного падежа — объектных и обстоятельственных (места, времени, причины и др.) — наибо­лее подходящей для нашего случая выглядит функция сравне­ния, представленная в примерах типа стоять столбом, лететь стрелой, смотреть волком. Тогда кольнул иглой значит «кольнул как игла» — и, следовательно, словоформа иглой должна быть квалифицирована как обстоятельство образа действия.

38. В примере Вдруг пошел дождь слово вдруг — наречие со значением 'внезапно, неожиданно'; в предложении оно является обстоятельством.

Во втором предложении вдруг — служебное слово (части­ца), придающее смыслу целого особый оттенок. Вдруг пойдет дождь? — это, собственно, не вопрос, а выраженное вслух опа­сение. Говорящий как бы хочет этим сказать следующее:

'дождь может пойти';

'я этого не хочу (мне это не нравится)';

'а если он пойдет, то что делать?'

Таким образом, за частицей вдруг (омонимом наречия вдруг) скрывается гипотетическая модальность плюс отрицательная оценка возможной в будущем ситуации.

39. По-русски выражение быть обязанным требует двух за­висимых форм: дательного падежа (чему-то) и творительного (чем-то). Например: Я многим вам обязан или Этим успехом я был обязан стечению обстоятельств. Следовательно, в приве­денном контексте надо было сказать: Чему он обязан посещени­ем?

40. Слова бац и цап (так же как прыг, хвать, щелк и т.п.) своей неизменяемостью напоминают междометия. Но они пред­ставляют собой глагольные корни, обозначают действия, вы­полняют в предложении функцию сказуемого и могут иметь при себе зависимые слова. Всем этим они сближаются с глаголами. Поэтому в системе частей речи справедливее всего считать их особым промежуточным классом — классом глагольных междо­метий, обозначающих мгновенные действия.

41. Очевидно, в обеих цитатах мы имеем дело с обособлен­ным приложением, выраженным существительным с зависимы­ми словами. Но где здесь приложение, а где — определяемое? Судя по расстановке знаков препинания, и в первом, и во втором случае приложением является второе словосочетание — соот­ветственно седое время и старик-подхалим (в противном случае между время и везет, а также между старик-подхалим и был не­выносим, не должно быть запятой). Так что и там, и там прило­жение находится в постпозиции к определяемому (это, кстати, его обычное место).

Но вдумаемся в содержание приведенных отрывков. В ци­тате из А.С. Пушкина приложение уточняет, разъясняет, что же имеется в виду под лихим ямщиком: время — вот кто гонит телегу. В цитате же из Б. Пастернака инстинкт сравнивается со стариком-подхалимом, т.е. определяемое получает образную (метафорическую) характеристику.

Получается, что в приведенных цитатах из А.С. Пушкина и Б. Пастернака обособленное приложение несет разную смысло­вую нагрузку: в первом случае — разъясняющую, конкретизи­рующую, а во втором — сравнительную, образную.

42. Словоформа разбей в приведенной цитате только внешне совпадает с формой повелительного наклонения. Здесь она употреблена в особой функции — со значением неожидан­ного, внезапного действия в прошлом. Такая форма является неизменяемой, т.е. не имеет лица и числа (можно сказать: А мы бутылку и разбей!) и, следовательно, не согласуется с подлежа­щим. Формальным признаком особой функции данной формы является употребленная перед ней частица и (иногда в сочета­нии с неполнозначным глаголом возьми: А она бутылку возьми и разбей!).

43. Притяжательные местоимения 3-го лица его, ее, их неизменяемые слова (исторически это формы родительного па­дежа личных местоимений). Наречия от них образуются тоже без всяких дополнительных суффиксов: по-его, по-её, по-их. На­пример: Она хочет, чтобы все было по-её.

44. Глянь — форма повелительного наклонения от глагола совершенного вида глянуть, употребительного в разговорной речи. Она обозначает просьбу или призыв к однократному дей­ствию: 'посмотри' (Глянь в окно). Глядь по своему происхожде­нию связано с глаголом глядеть. Но в современном языке оно оторвалось от своего «предка» и превратилось в неизменяемое слово, в междометие, выражающее неожиданность, нечаян­ность действия или явления (А остановку глядь — и перенес­ли).

45. Оба существительных — и родители, и тапочки — обо­значают парные предметы, а потому чаще употребляются в фор­ме множественного числа, чем единственного.

46. Словоформа презрейте в строке из песни В. Высоцкого образована от глагола презреть, совершенновидовой пары к пре­зирать. Но презреть имеет такие личные формы, как я презрю, ты презришь, он презрит и т.д. Соответственно, в повелительном наклонении должно быть презри и презрите. Значит, поэт (или упоминаемый в тексте песни фельдмаршал) ошибся, форма пре- зрейте — неправильная.

47. Речь полицейского надзирателя в чеховском рассказе «Хамелеон» выглядит бессвязной, в частности, потому, что в приведенных высказываниях (По какому это случаю тут? По­чему тут? Это ты зачем палец?) отсутствуют глагольные фор­мы. А глагол — часть речи, которой в синтаксисе принадлежит организующая функция: он связывает между собой различные другие словоформы.

48. Существительное жалюзи попало в русский язык из французского (la jalousie). Будучи несклоняемым, оно доволь­но долго колебалось в своем грамматическом числе и роде. Только к ХХ веку установилось: жалюзи в русском языке — pluralia tantum.

49. За написаниями на завтра и назавтра стоят существен­ные смысловые различия.

В первом случае завтра — наречие, превратившееся в суще­ствительное со значением 'завтрашний день', и именно в таком качестве оно может сочетаться с предлогом, ср.: Собрание на­значено на завтра или Не откладывай на завтра то, что можно сделать сегодня и т.п.

Во втором случае назавтра — образованное с помощью пре­фикса на- новое наречие со значением 'на следующий день'. Это наречие обычно употребляется при глаголе в форме прошедшего времени, например: Назавтра он не мог вспомнить имени своего собеседника.

50. В двустишии из «Сказки о царе Салтане» А. Пушкина употреблены два разных слова гости.

Вот на берег вышли гости: здесь гости — обычное существи­тельное (гость) в форме именительного падежа множественного числа.

Царь Салтан зовет их в гости: здесь в гости — целиком — предложно-падежная форма имени, почти превратившаяся в наречие (по-научному — адвербиализовавшаяся). Сочетание в гости (так же как в гостях или из гостей) выпадает из системы словоизменения слова гость. Не случайно мы уже спросим: ты куда? — в гости (а не «ты во что? — в гости» или «ты в кого? — в гости»).

Поиск

Поделиться:

Физика

Химия

Методсовет