Начальная школа

Русский язык

Литература

История

Биология

География

Математика

 

Экспедиция на шхуне «Заря» началась 21 июня 1900 года. Академия наук России наконец сочла возможным выделить средства на поиски предполагаемой суши к северу от Новосибирских островов. Несколько ученых разных специальностей и небольшой экипаж «Зари» — таким был ее состав.

Одним из участников стал 25-летний лейтенант-гидрограф Александр Колчак — тот самый, кому в дальнейшем суждено было стать адмиралом, командующим Черноморским флотом, и, наконец, уже в трагические годы Гражданской войны, — Верховным правителем России.

Маленькое судно отошло от Васильевского острова — оно стояло неподалеку от того места, где высится памятник первому русскому путешественнику вокруг света — И.Ф. Крузенштерну. Словно бы сам великий мореплаватель провожал Э.В. Толля в экспедицию.

Толль верил в успех. Этой непоколебимой верой было пронизано все его выступление на общем собрании Российской академии наук, состоявшемся незадолго до начала экспедиции; ученый подробно рассказывал на нем о своих планах. И, как свидетельствуют современники, ему удалось заразить этой твердой верой все собрание, даже тех людей, которые привыкли всегда во всем сомневаться, а таких в любые времена достаточно среди ученых. Твердо, уверенно он один за другим приводил многочисленные научные факты, которые, казалось, действительно неопровержимо свидетельствовали: да, Земля Санникова существует на самом деле и усомниться в этом невозможно.

Уверенность Толля была основана не только на том, что он сам в 1886 году увидел на горизонте «контуры четырех гор, которые на востоке соединялись с низменной землей», были и дополнительные свидетельства, на которые можно было опереться.

Сообщение Якова Санникова о том, что он видел землю, казалось бы, подтверждалось и открытием американского капитана Де-Лонга. На своем судне «Жаннетта» он открыл севернее Новосибирских островов остров Беннетта — такое название дано в честь американского газетного «короля», финансировавшего экспедицию, — а ведь Санников в свое время тоже видел этот остров.

Факты, подтверждающие существование Земли Санникова, принесло, по мнению Толля, и арктическое путешествие на судне «Фрам» Фритьофа Нансена, совершенное в 1893–1896 годах. В районе 78 градусов северной широты и около 140 градусов восточной долготы Нансен видел стаю бекасов; как считал норвежский исследователь, это служило бесспорным доказательством того, что где-то рядом есть неизвестная суша. Да и само направление движения «Фрама», вмерзшего в лед и дрейфующего вместе с ним, казалось, тоже свидетельствовало: поблизости должен быть остров. Существование Земли Санникова подтверждалось, наконец, и геологическим строением Новосибирских островов — породы, слагающие их, должны были и севернее образовывать выступы, поднимающиеся над уровнем моря…

Эту веру, оптимизм своего руководителя разделяли и участники экспедиции, и экипаж «Зари». Дневниковые записи Толля, которые он делал почти каждый день, хорошо это показывают. Вот как, например, исследователь описывает встречу на «Заре» нового, 1901 года:

«Театральное представление прошло довольно удачно… После продолжительного антракта был показан новогодний апофеоз. В полутьме перед нами стоял сгорбленный трясущийся старик на дрожащих ногах с ниспадающими седыми волосами. Он опирался на посох. Это был старый год. Обращаясь к зрителям, он произнес несколько слов слабеющим голосом. При его последних словах часы ударили двенадцать, тогда старец пригнулся к земле и исчез со сцены. В это время на заднем плане обрисовалась ярко освещенная магнием молодая сильная фигура, художественно задрапированная в светлый флаг, с голубой, украшенной звездами короной на голове. В руках у нее был транспарант, на котором светились пламенно-алые буквы двух слов: «Земля Санникова!» Более осмысленного воплощения наших стремлений в новом году вряд ли можно было себе представить. Пока я обдумывал несколько слов признательности, раздался голос Бирули (один из ученых экспедиции. — В. М.): «Спасибо, спасибо!» Не успев подготовить красивую речь, я поднял бокал рому за здоровье нашей прекрасной команды и сказал только, что она показала своей серьезной работой высокую сознательность при выполнении задач экспедиции, а своей веселой игрой и остроумием сократила всем нам зимнюю ночь».

Экспедиция продолжалась. И конечно, Толль не предполагал, что она окажется для него последней…

Первая зимовка «Зари» прошла у полуострова Таймыр. Затем судно перешло к острову Котельному — одному из островов Новосибирского архипелага. Здесь экспедиция провела вторую зимовку. Подойти к Земле Санникова из-за льдов было невозможно. Тогда Э.В. Толль принял решение: вместе с ученым Ф.Г. Зеебергом и двумя местными жителями-охотниками он отправится к земле, которая так его манила, на нартах, а там, где путь преградят полыньи, на байдарках. Прежде всего четверка отважных людей должна была переправиться на остров Беннетта, затем к Земле Санникова. По намеченному плану некоторое время спустя, когда позволят льды, «Заря» должна была подойти к острову Беннетта и взять на борт четверых путешественников, которые, если удастся, уже должны были побывать на Земле Санникова и вернуться назад.

Цель, к которой так стремился Толль, была близка. Он деятельно готовился к предстоящему путешествию. В эти дни в его дневнике появляются такие строки:

«Среда 21 мая. Остро ощущаю правоту слов Гете: «Юг хранит много сокровищ!» Но одно сокровище севера влечет непреодолимо к себе, словно сильный магнит.

Итак, бесповоротно решено — только через ту «неведомую гавань» на Беннетте бежит мой путь на родину!

Покину «Зарю» спокойно. Только бы мне достигнуть цели! Если за нами придет «Заря», то наша яхта быстро помчится с попутным ветром обратно на юг, после того, как на севере будут обретены сокровища науки; если же «Заря» не придет и мы останемся зимовать, то приложим с Зеебергом все силы к тому, чтобы как можно лучше использовать этот год!

…Чтение научных книг пробуждает во мне с каждым днем все больше соблазна к исследованию острова Беннетта.

Период восточных ветров как будто закончился. Возможно, что в связи с этим полынья плотнее сомкнётся, но тогда при гребле нам будет дуть встречный ветер. Если же полынья станет шире, у нас будет попутный ветер, тоже хорошо!

Понедельник 26 мая….Как туго натянутые струны, напряжены мои нервы перед этим прыжком через полыньи и горы, через торосы и моря для того, чтобы через шесть месяцев вернуться обратно на родину! Завтра надо приняться за приготовления с удвоенной силой, так как днем снег заметно тает. Не позже конца этой недели надо трогаться в путь.

Понедельник 2 июня. Все еще здесь. Бесконечно много дела перед отъездом…»

В этот же день, 2 июня 1902 года, Толль передал подробную инструкцию капитану «Зари»:

«Что касается указаний относительно Вашей задачи снять меня с партией с острова Беннетта, то напомню только известное Вам правило, что всегда следует хранить свободу действия судна в окружающих его льдах, так как потеря свободы движения судна лишает Вас возможности исполнить эту задачу. Предел времени, когда Вы можете отказаться от дальнейших стараний снять меня с острова Беннет-та, определяется тем моментом, когда на «Заре» будет израсходован весь запас топлива для машины до 15 т угля.

Представляя себе приблизительно ту же картину, которую мы видели в прошлом году, именно пояс непроницаемого льда около 14 миль, окружающий южный конец острова Беннетта, Вы, приставая к границе пака, отправите партию нескольких опытных и смелых людей к мысу Эмма. Если обстоятельства дозволят, то было бы желательно с ними же отправить некоторое количество консервов для устройства депо для будущих экспедиций.

На чертеже Де-Лонга восточный мыс на южной оконечности острова назван мысом Эмма. По его указанию, берег здесь скалистый и настолько узок, что американцы с трудом разбили здесь свои палатки: поэтому и керн (груда камней, под которой была спрятана записка, свидетельствовавшая о пребывании на острове участников экспедиции на «Жаннетте». — В. М.) экспедиции «Жаннетты» поставлен восточнее мыса Эмма. Там, вероятно, и будет наш знак, который укажет людям, в каком направлении нас искать. Около этого пункта одна часть нашей партии с 7 до 21 августа будет наблюдать за условленными сигналами.

Если поиски наших следов приведут к отрицательным результатам или Вы вследствие неимения более 15 т угля будете принуждены взять обратный курс, не сняв меня с партией, то Вы с этим количеством угля дойдете на «Заре» по меньшей мере до острова Котельного, а идя частью под парусами, быть может, и до Сибирского материка.

…Если летом нынешнего года лед около Новосибирских островов и между ними и островом Беннетта совсем не исчезнет и не даст, таким образом, плавать «Заре», то предлагаю Вам оставить судно в этой гавани и вернуться со всем экипажем судна зимним путем на материк, следуя известному маршруту с острова Котельного на Ляховские острова. В таком случае Вы возьмете с собой только все документы экспедиции и важнейшие инструменты, оставив здесь остальной инвентарь судна и все коллекции. В этом же случае я постараюсь вернуться до наступления морозов к Новосибирским островам, а затем зимним путем на материк.

Во всяком случае твердо верю в счастливое и благополучное окончание экспедиции…»

На следующий день, 3 июня 1902 года, Толль передал капитану пакет, на котором была такая надпись: «Открыть в случае гибели экспедиционного судна и возвращения без меня экипажа на материк или в случае моей смерти».

В последней телеграмме домой Толль сообщал: «Сегодня отправляюсь к острову Беннетта. Все благополучно… Я надеюсь до зимы вернуться на Новую Сибирь и зимой на материк, а если нужно, перезимую на Беннетте; нам одни птицы дадут годовой запас мясного провианта. В последнем случае вернусь с Беннетта в мае будущего года на Новую Сибирь и летним путем по тундре со Святого Носа до Булуна, так что в сентябре буду в Якутске…»

Толль покинул «Зарю» вечером 5 июня 1902 года. Его спутниками были астроном экспедиции Ф.Г. Зееберг и местные жители, охотники-якуты Николай Дьяконов и Василий Горохов. К горизонту протянулась по снегу тонкая ниточка следа: собачьи упряжки уносили на нартах четырех отважных путешественников, имевших при себе кроме снаряжения и инструментов запас продовольствия на два месяца.

Дневник, который вел Толль, остался на «Заре». Позже он был доставлен в Петербург и передан в Академию наук. Благодаря этому документу сегодня мы почти во всех подробностях знаем о том, как проходило последнее путешествие Эдуарда Васильевича Толля. Правда, о том, что происходило после 5 июня 1902 года, известно гораздо меньше. И совсем ничего мы не знаем о том, какими были последние дни четырех отважных людей, решивших во что бы то ни стало достичь Земли Санникова.

 

Поиск

Блок "Поделиться"

Физика

Химия

Методсовет

watch tv series online watch series online watch tv shows free online watch tv shows free online