Начальная школа

Русский язык

Литература

История

Биология

География

Математика

Информатика

Скорпионы были хорошо известны древним гре­кам и римлянам. О повадках этого злобного жи­вотного ходили легенды. О нем рассказывали, что всех своих детенышей он поедает — кроме од­ного, который взбирается отцу на спину и пожи­рает его самого. Действительно, детеныши скор­пионов любят забираться на спину одному из ро­дителей — но не к отцу, а к матери. Верно и то, что они не побрезгуют и съедят друг друга, ежели го­лодны.

По словам Псевдо-Каллисфена, особенно крупные скорпионы водились в окрестностях ре­ки Ганг. Они были величиной с локоть. Встреча с ними вселяла ужас.

Зато не было причин опасаться небольшого европейского, или карпатского, скорпиона. Его укус ничуть не страшнее укуса осы, он не причи­нит особого вреда даже ребенку. Северная грани­ца его обитания — Тироль и Карпаты. Именно о нем говорится в одной из басен Эзопа. Глупый мальчик решил поймать саранчу, но вместо нее схватил скорпиона, а тот великодушно пощадил проказника.

Аристотель вполне правильно описывает ев­ропейские виды скорпионов. Он совершенно вер­но указывает, что они рождают живых детены­шей — «яйцевидных червячков».

Скорпион очень рано проник в магию и астро­логию. Он присутствует среди древнейших вави­лонских календарных рисунков. Так, еще около 1150 года до нашей эры в кругу зодиакальных фи­гур появляется скорпионо-человек. У римлян име­лись боевые значки, изображавшие скорпиона. Объясняется это астрологическими верования­ми. Считалось, что основатели и разрушители го­родов появлялись на свет, когда над горизонтом возносил свое жало Скорпион. В качестве приме­ра можно упомянуть родившегося под этим зна­ком императора и блестящего полководца Тибе- рия. Созвездие Скорпиона приносило несчастья. С его появлением на небе воцарялась осень и при­ходили беды: холода сковывали землю, дожди и бури хлестали ее, а войны опустошали, сжигали и истребляли все живое.

У египтян повелительницей скорпионов счи­талась богиня Серкет: ее изображали с головой скорпиона или же с человеческой головой, на ко­торой восседал скорпион.

Явившись во сне, скорпион предвещал зло. Но он же мог оберегать и от сглаза, и от других бед. По византийской легенде, в Амасии имелся та­лисман в виде скорпиона. Он охранял город от других скорпионов и их родичей.

На востоке Передней Азии, там, где лежал го­род Амасия, как и в Африке, Персии, Леванте, скорпионы были настоящим бедствием. Вопреки строгим религиозным запретам, иудеям было по­зволено убивать скорпионов в субботу, пусть даже те не собирались нападать на человека.

А как спасались люди, скорпионами уже уку­шенные? Вылечить укус европейского скорпио­на, твари довольно безобидной, было легко. Тре­бовалось лишь сделать кровопускание. Гораздо опаснее оказывались раны, нанесенные африкан­скими скорпионами, — без тщательного лечения было не обойтись. Лучше всего, как считалось, помогало масло, в котором был утоплен скорпи­он. Еще один полезный рецепт: надо сжечь скор­пиона или растереть его в порошок; потом этот пепел (или порошок) принять внутрь, запивая его водой, или же посыпать им рану. Если эти средства не помогали, то даже врачи прибегали к колдовству, полагаясь на бессмысленный набор заклинаний.

Скорпионы караулят добычу в жарких пустынях Африки и занесенных снегами Гималаях. Их боятся в Азии и Европе. Насколько же они опасны?

Легендарный охотник Орион, сын Посейдо­на, возгордившись, сказал, что ему нет равных на этом свете и он убьет любое животное, которое встретит. Едва он умолк, к его ногам приблизился незаметный, невзрачный скорпион, поднял свое жало и уязвил бахвала и храбреца, отравив его ядом. Боги Олимпа, немало напуганные похваль­бой Ориона, обрадовались его смерти и в благо­дарность перенесли скорпиона на небо, помес­тив среди созвездий зодиака. Даже здесь, на небе, Орион вплоть до скончания веков будет прятать­ся от своего убийцы: как только на небе появляет­ся созвездие Скорпиона, Орион скрывается за го­ризонтом...

Возможно, что этот миф, повествующий о том, как скорпион наказал гордеца и мужлана, грозив­шего зверям и богам, единственная хорошая ис­тория, рассказанная про скорпиона за последние несколько тысяч лет.

С незапамятных времен эти небольшие, не­приятные на вид твари воплощают боль, беду и смерть. Все народы мира относят их к числу са­мых вредных и страшных существ, убивающих ис­подтишка. В книгах Ветхого Завета скорпион зна­менует ужасную кару: царь Ровоам, сын Соломона, грозит своим подданным: «Отец мой наказывал вас бичами, а я буду наказывать вас скорпионами» (3 Цар. 12: 14).

Профессор Гэри Полис, известный американ­ский биолог, смотрит на этих ядовитых тварей под совсем иным углом зрения. Вот уже более два­дцати лет Полис рассказывает студентам Кали­форнийского университета Девиса о странной и удивительной жизни скорпионов. Эти ядовитые существа пленили его раз и навсегда: «Хорошо, можно их не любить. Но ведь животные подчас являют нам удивительнейший пример того, как можно выживать в самых непригодных для этого условиях. Те же скорпионы поразительно при­способились к неблагоприятной обстановке, и мы без конца спрашиваем себя: как им удалось это сделать?»

Любимцы Гэри Полиса являются одними из древнейших существ, населяющих нашу планету. Более 400 миллионов лет назад в водах Мирового океана уже обитали гигантские скорпионы. Они достигали метровой длины. Около 300 миллио­нов лет назад скорпионы — одними из первых су­ществ — выбрались на сушу. Они уменьшились в размерах, но сохранили свою форму; та осталась неизменной и поныне.

Проследить эволюцию скорпионов — этих «ма­фусаилов» в мире беспозвоночных — палеонтоло­гам оказалась нетрудно. Дело в одном интерес­ном свойстве этих животных: если направить на скорпиона поток ультрафиолетового света, он начнет флуоресцировать, излучая синие, розо­вые или зеленые тона. Точно так же начинают мерцать и останки доисторических скорпионов.

Это открытие было сделано в шестидесятые го­ды прошлого века. Ученые получили возможность наблюдать за потаенной жизнью скорпионов. Прежде эти скрытные существа, проявляющие активность лишь в ночное время суток, успешно ускользали от внимания зоологов. Обнаружить их «невооруженным глазом» очень трудно. «Я мо­гу застыть на месте, зная, что рядом сидит скор­пион, но я все равно его не вижу, — сетует Гэри По­лис. — Зато ночью — благодаря ультрафиолетовому свету — я могу заметить его за несколько метров от себя».

Ученые пока спорят о том, почему природа на­делила скорпионов такой странной особенностью, заставила вспыхивать под лучами ультрафиолета, как вспыхивают дорожные знаки, предупреждаю­щие нас об опасности. Некоторые зоологи счита­ют, что таким способом скорпионы приманивают к себе насекомых, готовых слететься навстречу радужному сиянию. Как бы там ни было, особен­ность эта была одобрена эволюцией, а ныне она помогает ученым раскрывать секреты поведения скорпионов — членистоногих животных из отря­да паукообразных.

Селятся они обычно в местах, непригодных для проживания человека, — например, в жарких, суровых пустынях, где на первый взгляд не найти ни еды, ни воды. Так, скорпионы прямо кишмя ки­шат в мексиканском местечке Байя-Калифорниа — на узкой береговой косе к югу от пограничного американского города Сан-Диего. По подсчетам Гэри Полиса, на каждом квадратном метре здесь можно встретить около дюжины скорпионов, за­рывшихся в песок, чтобы защититься от жары. Го­ре тому, кто вздумает расстелить здесь спальный мешок, прельстившись обманчивым покоем, его окружающим. Биомасса скорпионов в Байя-Калифорниа и многих других пустынных уголках пре­вышает массу всех остальных обитателей пусты­ни, вместе взятых: мышей, ящериц, крыс и даже койотов.

Пустынные скорпионы — в отличие от своих соплеменников, обитающих в джунглях и выби­рающих для жительства деревья, — являются на­стоящими couchpotatoes, «лежебоками», «клубень­ками». Так, в той же Байя-Калифорниа скорпио­ны — угроза беспечных путешествующих — почти всю свою жизнь проводят, зарывшись в песок. Они отлеживаются и отсиживаются 92-97% все­го времени, отведенного им на жизнь.

Лишь иногда по ночам эти палево-желтые твари выползают из своих укрытий и вновь неподвиж­но застывают, оцепенело дожидаясь своей добы­чи. Они кажутся какими-то изваяниями, уродцами, не способными шевельнуться. Трудно поверить, что они могут кого-то поймать, кого-то настичь, на кого-то напасть — кроме разве что спящего пу­тешественника.

Однако природа наделила их удивительной сенсорной системой — своего рода сейсмогра­фом, для которого тишайшие взмахи крылышек мотылька, пролетающего невдалеке, все равно что «буря в пустыне». На ногощупальцах скорпио­на, «клешнях», которыми он захватывает добычу, имеются чувствительнейшие волоски, регистри­рующие малейшее сотрясение воздуха. Скорпион с точностью снайпера, снабженного прибором ночного видения, определит, где находится мо­тылек, и в нужный миг проворно схватит добычу, несмотря на полную тьму.

Коллега Гэри Полиса, Филипп Броунелл, выяс­нил, что на ногах многих скорпионов имеются также щелевидные органы, замечающие любые колебания почвы и локализующие местонахожде­ние возможной добычи.

Скорпион поедает все, что сумеет сунуть себе в рот: мотыльков, пауков, маленьких ящерок, мы­шат, самых разных насекомых и даже своих со­племенников — тех, что поменьше да послабее.

Мы привыкли именовать льва царем зверей. Столь же справедливо мы можем назвать крохот­ного (1-20 сантиметров), невзрачного скорпиона «султаном пустыни». Зоологи, изучающие его, не перестают изумляться его приспособляемости. Организм скорпиона научился почти совсем не терять воду. «Потеря воды у него сведена к ну­лю», — отмечает Гэри Полис. Скорпион практиче­ски никогда не пьет. Всю необходимую себе жид­кость он добывает из проглоченной пищи. Пере­варивая ее, он высасывает оттуда все соки, извергая из себя после трапезы лишь щепотку по­рошка — столь же сухого, как и песок пустыни.

Скорпиону принадлежит и другой рекорд: он эффективнее, чем любое другое существо, пере­рабатывает и усваивает добытую пищу. Семьдесят процентов потребляемой им пищи пополняет ткани его тела. Организм наших детей усваивает всего 5% тех обедов и завтраков, которыми мы их потчуем. Остальное — балласт, лишние вещества, выбрасываемые организмом. У скорпиона в его «внутреннем хозяйстве» любая мелочь пригодит­ся. Все прибавляет ему силу и ловкость.

Скорпион, как никакое другое существо, спо­собен довольствоваться малым и — в случае неиз­бежности — обходиться вообще без пищи. Он мо­жет голодать год и более!

Так, исследователи сообщают о случаях, когда пойманные скорпионы голодали пару лет без ви­димого вреда для себя. Одного пойманного мо­тылька скорпиону хватит на несколько месяцев. Теперь понятно, почему в мексиканских песках, где добыча редка и случайна, на одном квадрат­ном метре способна проживать дюжина скорпио­нов. Напомним, правда, что для самых слабых из них подобное соседство смертельно опасно.

Итак, скорпион почти ничего не ест и не пьет и потому, как мы уже сказали, почти не двигается. Лежит, притаившись в укрытии или зарывшись в песок, и потихоньку переваривает пищу. Его орга­низм, словно застыв в анабиозе, почти не изна­шивается. Эти «лежебоки» доживают до 25 лет, то есть живут дольше, чем любые другие паукообраз­ные, чем насекомые и даже некоторые птицы и млекопитающие. В афганских песках все еще рав­нодушно посиживают скорпионы, следившие за вводом советских войск.

Причина долголетия скорпионов кроется в по­разительно скудном обмене веществ. Его показа­тели ниже, чем у любых других представителей фауны. Гэри Полис как-то сравнил торчащего из песка скорпиона с торчащим из земли корнем са­харной свеклы. Оба организма — что раститель­ный, что животный — являют собой своего рода «сосуды», накапливающие питательные вещества.

И еще в одной дисциплине скорпионы бьют все рекорды. Ни одно живое существо не облада­ет такой чувствительностью к свету, как скорпи­он. Недавние исследования показали, что для то­го, чтобы ориентироваться в темное время суток, им достаточно слабого света звезд.

В природе насчитывается около полутора ты­сяч видов скорпионов, и не все из них обитают в жарких пустынях. Они живут практически вез­де: в снегах Гималаев, на высоте около 5000 метров, и в пещерах, на глубине около 800 метров, в тро­пических джунглях и европейских лесах. Так, на юге Германии прозябает Euscorpius germanus свет­ло-бурого или бурого цвета. В Южной Франции, в расщелинах стен, цепенеет Euscorpius flavicaudis, поджидая какую-нибудь мошку или вошку.

Насколько опасны скорпионы? Еще Альфред Брэм писал, что «ядовитость скорпиона... сильно преувеличивается народной молвой, а также и многими исследователями и писателями». Одна­ко и недооценивать угрозу нельзя. Скорпионы убивают больше людей, чем любые другие живот­ные, исключая змей и пчел. Какой-либо надеж­ной статистики, правда, нет, но, по оценкам экс­пертов, каждый год от трех до пяти тысяч чело­век расстается с жизнью по вине «небольшого, невзрачного скорпиона». В одной только Мекси­ке ежегодно гибнет не менее восьмисот человек.

Здешние крестьяне часто становятся жертва­ми скорпионов прямо у себя дома — те любят пря­таться в соломенных крышах, покрывающих хижи­ны поденщиков и батраков. Яд скорпионов собира­ет многочисленную дань в тропических странах Африки, Южной Америки, в Индии. Эта геогра­фия отнюдь не случайна. Ядовитость скорпио­нов, как и змей, сильно зависит от климата мест­ности: чем он жарче, тем яд опаснее.

Правда, для нас опасны не все полторы тысячи видов скорпионов, а лишь двадцать пять из них, чьи ядовитые железы содержат достаточно ток­синов, чтобы отправить нас на тот свет. Яд этих тварей вовсе не обязательно будет долго мучить человека, «понуждая три дня пребывать в аго­нии», как писал когда-то Плиний Старший. По­рой от укола скорпиона люди гибнут всего за не­сколько часов.

Все скорпионы-убийцы принадлежат к одному и тому же роду — Buthus, — избравшему особый эволюционный путь, резко отличающий их от других «лежебок»-скорпионов. Гэри Полис отме­чает, что «их жизненный цикл напоминает ско­рее жизненный цикл какого-нибудь недолговеч­ного насекомого». Скорпионы рода Buthusмельче других соплеменников, раньше их умирают, зато размножаются чаще и быстрее их. Они прячутся обычно не на земле — в норках, ложбинках, ям­ках, а на деревьях, скрываясь среди листвы и под­жидая добычу, более частую здесь, чем внизу. «На­до особенно осторожно обращаться с небольшими скорпионами, наделенными на первый взгляд ко­роткими узкими клешнями, не внушающими опа­сений», — советует Гэри Полис. Против яда скор­пионов, обладающего паралитическим действием и состоящего из тридцати с лишним нейротокси- нов, давно придумана надежная сыворотка. Ее при­готовили из яда самих скорпионов.

Итак, укусы большинства из них сравнительно безопасны для человека. Однако слово «безопас­ный» не означает «безболезненный». От укуса этих паукообразных тварей люди мучаются по несколь­ку дней. Ранка тотчас отекает, обильно выступает пот, поднимается температура. Больного трясет лихорадка.

Все это Гэри Полис знает из собственного опы­та. Тысячи раз он наблюдал за скорпионами, изу­чал их, собирал, метил — и семь раз не уберегся сам. Что он чувствовал при этом? «Такое ощуще­ние, что в тебя всадили десяток раскаленных игл и начали их вращать. Жуть!»

В 1991 году опыт Полиса пригодился во время «войны в Заливе». Тогда руководство Пентагона обратилось к ученому, чтобы узнать, каким обра­зом следует защищать от скорпионов солдат аме­риканской армии, размешенных в Саудовской Аравии. Ответ был прост, но очень точен: «Каж­дый день вытряхивайте сапоги и одежду!» Скор­пионы любят прятаться в вещах, принадлежащих человеку, и потому, одеваясь поутру, следует тща­тельно проверять содержимое разбросанных на ночь предметов. Там может оказаться скорпион, уже приготовивший порцию яда.

Кстати, порцией яда награждаются не только люди, ящерицы, насекомые, но и скорпионы-сам­цы. Большинство крупных самок ставит финаль­ную точку в недолгом романе, пронзая жалом сво­его незадачливого любовника, а потом заедая его тельцем горечь воспоминаний. Романтическому ужину предшествует весьма занятная сцена — «брак по-скорпионски». Сцепившись клешнями, оба животных долго пританцовывают, дергаясь то в одну сторону, то в другую. Так может пройти полчаса, а может — несколько ночей подряд. На­конец, наткнувшись на былинку или камешек, са­мец откладывает на нем свой сперматофор — ме­шочек с жидкостью, а затем протаскивает над ним партнершу. Мешочек вместе с содержимым исчезает в ее теле. Роман окончен, муж расклани­вается и удаляется, если ему удается это сделать. Двадцать процентов скорпионов бесследно исче­зают после любовного объятия.

Почему самки так жестоко обходятся с ними? «А почему бы нет? — отвечает вопросом на вопрос

Гэри Полис. — Самка ничего не теряет, съев сво­его любовника на десерт. Все равно от него ника­кого прока. Он не поможет воспитывать ей де­тей». Но сам будет пожирать все, что движется по­близости. Меньше нахлебников — здоровее потомство.

Беременность самки скорпиона длится от трех до восемнадцати месяцев. Она вынашивает своих детенышей порой дольше, чем многие мле­копитающие. И вот еще один биологический сюр­приз: в отличие от других беспозвоночных, скор­пионы не откладывают яйца, а, подобно зверью, производят на свет живое потомство. В каждом помете бывает в среднем около двадцати пяти скорпиончиков. Какое-то время, до первой линь­ки, малыши проводят на спине у матери, но по­том она охладевает к ним. Теперь и им подобает спешно разбежаться, чтобы не стать жертвами материнского неразборчивого аппетита.

Но и самой скорпионихе на этом свете прихо­дится несладко. Врагов у них хоть отбавляй. Плоть скорпионов ценят совы и змеи, летучие мыши и ящерицы.

Некоторые из этих «любителей остренького» имеют иммунитет к скорпионьим токсинам. Дру­гие успевают отломить жало скорпиона, а потом уже глотают его беззащитное тело. Если бы не эти странные гурманы, смакующие протеины с ядом вприкуску, да если бы не внутривидовой канниба­лизм скорпионов, их племя могло бы заполонить всю планету. Тогда бы люди, подобно путешест­вующим по иным пустынным местам, шагу не смогли бы ступить без риска наткнуться на ядови­тое жало.

Но племя скорпионов на нашей планете все-та­ки столь многочисленно, что по-прежнему будит в душах людей древние, неутихающие страхи. «Ре­путацию скорпиона не поправить, — ворчит Гэри Полис. — Она безнадежно испорчена». Насильно мил не будешь — тем более с жалом исподтишка.

И все же, как ни ругаем мы этих свирепых и гадких тварей, как ни страшимся этих непримет­ных убийц, заползающих в нашу одежду и подсте­регающих нас в песке, невозможно не воздать им должное. Их феноменальная живучесть позволя­ет им населять самые скудные уголки планеты на протяжении вот уже четырехсот миллионов лет. Пожалуй, ни один другой вид живых существ за всю историю нашей Земли не боролся за «место под солнцем» с таким энтузиазмом и энергией. И эволюция пощадила его. Бессчетно выкашивая один вид животных за другим, она неизменно со­храняла скорпиона, или, точнее говоря, это хит­рое существо всякий раз справлялось с теми зада­чами, которые ставила перед ним изменчивая природа. Скорпион жив и прекрасно себя чувст­вует. Он готов забыть о питье и пропитании, лишь бы жить себе и жить, лежать в своей норке, затаившись. Он так сильно хотел выжить, что эволюция перед ним отступила.


Поиск

Блок "Поделиться"

Физика

Химия

Методсовет

watch tv series online watch series online watch tv shows free online watch tv shows free online